Горячее прошлое [сборник] - Николай Иванович Леонов

– Да, у меня тоже возник бы такой вопрос, – сказал сыщик. – Значит, вы дважды видели этого, условно говоря, артиста или художника, который прогуливался по вашей улице, не показывая интереса к какому-то дому, да?

– Да, дело обстояло именно так, – ответил Данилов.

– Давайте в таком случае перейдем к событиям той ночи, когда были убиты Чугунов и его гости, – сказал Гуров. – Может быть, тогда вы увидели или услышали нечто такое, что привлекло ваше внимание?

– Да, кое-что интересное я заметил. В тот вечер я лег поздно, около часу ночи, заработался, знаете ли. Жена уже спала. Я выключил компьютер, отправился в спальню, по привычке подошел к окну и выглянул наружу.

– И что же? – спросил Гуров. – Что вы там увидели? Снова того человека?

– Нет. Я же сказал, что больше он мне не встречался. Я увидел автомобиль, который стоял напротив моего дома, возле ворот Чугунова.

– Так, может быть, это была машина Виталия, сына Чугунова, который приехал в гости к отцу?

– Нет, конечно. Виталий приехал накануне, на новеньком белом внедорожнике, кажется, это был «Хендай». Он сразу поставил его в гараж, расположенный в доме. Он очень большой, там поместятся две, а то и три машины.

– Да, я уже слышал, что у него большой гараж, – произнес Гуров. – Расскажите, как выглядела эта машина.

– Это тоже был внедорожник, – сказал профессор. – Только не белый, а черный. Может быть, темно-синий или коричневый, не знаю. Ночью трудно различать оттенки, сами понимаете. Это была какая-то незнакомая мне марка, не «Лендкрузер» или еще что-то известное. Знаете, что еще меня удивило? Машина выглядела довольно старой, потрепанной. Я еще, помнится, подумал: «Странно, что возле дома такого человека, как банкир Чугунов, стоит такая развалюха».

– Значит, марку машины вы назвать не можете? – спросил Гуров.

– Нет, марку назвать не смогу, – с сожалением ответил Данилов.

– А номер машины вы запомнили?

– И с номером я вам не помогу. Нет, не потому, что не запомнил. Его просто нельзя было разобрать.

– Он был заклеен или замазан грязью?

– Не то и не другое. Он был очень старый и сильно потертый. Так что с той точки, где я стоял, разобрать буквы и цифры на номере не было никакой возможности. Я только одно смог различить. Там, кажется, просматривался ноль. Но каким по очереди он был – первым, вторым или третьим – я сказать не могу.

– А люди? Вы видели кого-то в этой машине или возле нее?

– Люди? Да, пожалуй… – задумчиво сказал математик. – Стекла в этой старой машине не были тонированными, сквозь них все было видно. Я разглядел, что в машине кто-то сидит. Мне даже показалось, что там несколько человек. Это меня тоже удивило. Ведь если люди приезжают к кому-то в гости, то они не сидят в машине. А зачем еще можно прикатить к чужому дому в час ночи?

– То есть там сидели несколько человек, но никто из них из машины не выходил? – поинтересовался Лев Иванович.

– Нет, пока я стоял у окна и смотрел, никто не выходил.

– А что в это время происходило в доме Чугунова? Окна были освещены?

– Окна? – Математик снова задумался, потом тряхнул головой и уверенно ответил: – Да, они светились. Вообще все выглядело как обычно.

– Скажите, а камера слежения на вашем доме имеется?

– Да, камера есть, но… – Данилов развел руками. – Вас, конечно, будут интересовать записи той ночи. Но у меня камера простенькая. Изображения хранятся не больше двух недель.

– Да, знакомая ситуация, – со вздохом проговорил Гуров, встал, протянул математику руку и сказал: – Спасибо вам большое за ваш рассказ. Он мне многое дал. – Полковник направился к выходу, но остановился, обернулся к хозяину и задал еще один вопрос: – Скажите, а мои здешние коллеги с вами беседовали? Они спрашивали вас о событиях той ночи?

– Да, ко мне приходил молодой человек, представился капитаном Семеновым, – ответил Данилов.

– Вы ему рассказали о незнакомце, похожем на артиста, и о машине со стертыми номерами?

Математик развел руками и ответил:

– Нет, он меня ни о чем таком не спрашивал. Капитан осведомился только о том, не слышал ли я крики, доносящиеся из соседнего дома, не видел ли бегущих людей. Больше ни о чем.

– Понятно, – пробормотал Гуров. – Ладно, желаю вам спокойной ночи. – Он замолчал и решительно направился к выходу.

Глава 9

Выйдя на улицу, сыщик стал думать, что ему делать теперь. Он мог направиться в трехэтажный коттедж, стоявший рядом с домом математика Данилова, или пройтись чуть дальше по улице. Но тут Лев Иванович услышал, как метрах в пятидесяти щелкнула, закрываясь, калитка. На улице тут же появилась знакомая фигура.

Спустя минуту Стас Крячко подошел к другу и спросил:

– Может, на сегодня поставим точку? А то в следующем доме, куда мы явимся, боюсь, на нас собак спустят или сразу в полицию начнут звонить. Дескать, среди ночи грабители ломятся.

– Предлагаешь на сегодня закончить? – с сомнением в голосе произнес Гуров. – А сколько, собственно, сейчас времени?

– Без десяти двенадцать, – ответил Крячко. – Боюсь, что наши визиты будут восприниматься населением немного неправильно.

– Да, наверно, ты прав, – сказал Гуров. – Я совсем потерял счет времени. Ладно, поехали в гостиницу. А то я вдруг почувствовал, что устал. День выдался трудный.

Они подошли к «Гранте», и Крячко открыл двери. Но Гуров почему-то не спешил сесть в машину. Он стоял, смотрел куда-то вбок, и о чем-то размышлял.

– Лева, ты чего? – окликнул его Крячко. – Поехали!

– Нет, подожди, – сказал Гуров. – Время, конечно, позднее, мы устали, но здесь, в этом поселке, у нас осталось еще одно дело. Если ты совсем без сил, то можешь в машине посидеть. Я один все сделаю.

– Ты что, с глузду съехал, что ли? – с удивлением проговорил Крячко. – Как это я стану в машине сидеть, если ты работать будешь? Вместе сделаем. Ты что, все же решил дом Чугунова осмотреть?

– Нет, не дом, а забор, – ответил Гуров. – Я хочу обойти по периметру все ограждение этого поселка и убедиться в том, что в нем нет никаких проломов или ворот, таких мест, где можно через него перелезть и перетащить награбленные вещи.

– Ага, вот теперь я понял, – сказал Крячко. – Мы можем опять разделиться, идти порознь. Давай вернемся к воротам. Там ты налево двинешься, а я направо.

– Так и сделаем, – согласился Гуров с предложением старинного друга.

Друзья вернулись к воротам, через которые въехали в поселок, занимавший немалую площадь, и двинулись в разные стороны. Ограда взбиралась на возвышенности, спускалась